«Автобиографические откровения Бонифация, записанные им самим, в приступе откровенности»

леди Джейн Сникерс

Коротко о себе. Родился я в хорошей семье. Если соотнести мои годы с общепринятым человеческим летоисчислением, то мне, намедни, стукнуло... впрочем, это неважно. Мама моя, почтенная леди Вискас, урожденная Кити Кэт и т.п. и т. д. (перечислить все её имена и титулы не представляется возможным из-за дефицита площади места), так вот, моя мать – настоящая аристократка. Не в том смысле, что чрезмерно чопорная, а в том, что родилась в БрЫсевысе…э-э-э…в ВЫсебрЫсе…в ВеликобрЫсятнии?...нет не то… В общем, что-то связано с бритьем. Или брысаньем?! Впрочем это тоже неважно...

От своих многочисленных братьев и сестер я отличаюсь, пожалуй, только тем, что у их пап такие же труднопроизносимые имена, как и у нашей милой мамочки, а вот моего папочку, например, зовут просто – мистер Икс. Или Кыс?! Братишки и сестренки мои, стоили чрезвычайно дорого, а я же был просто бесценен. Поэтому их продали (…фи! как это вульгарно!) …неизвестно кому, а мне была предоставлена высокая честь, подружиться с одной милой особой. В результате чего я обрел новую семью и имя. И имя мое стало - Бенджамен. Поразмыслив, новая хозяйка заявила, что не приучена ломать язык (представляете из КАКОЙ она семьи?!) и стала называть меня Беней. Много позже мне удалось выяснить, что в момент знакомства я напомнил ей одного одесского проходимца. Или прохожего? Ну ладно… Того тоже звали Беня. То ли Беня Вопль, то ли Беня Всхлип, теперь уже трудно сказать, он давно помер. Или Беня Ганн?! Или Беня Бэн?! Или это Биг, тот который Бэн?

Беня

Но вы заблуждаетесь, полагая, будто моя хозяйка так стара, что все ее знакомые уже отошли в мир иной. Некоторые еще основательно живы.

Страшно люблю когда они наносят ей… то есть нам, очередной визит. Эти волшебные мгновения, когда из холодильника извлекают замечательные бесподобные вещи – как-то: колбасу, сыр…особенно, конечно, колбасу… Мур-мур-р-р-р… Так вот, о чем это я?

Во время этих визитов все настолько увлечены! У всех глаза горят, шерсть торчком, и на меня, естественно, ноль внимания. Это у них называется мыть кости. Заметьте – не когти. Кости! Хотя, признаться, костей я ни у кого из присутствующих не замечал, все достаточно упитанные леди, в отличие, скажем, от меня. Удивительно, каким образом за столь короткий срок (дамы собираются часто), эти тщательно отмытые кости успевают вновь испачкаться. Во время этих посиделок я, отдавая должное происхождению, чинно и скромно сижу у стола. Или за столом? Или не чинно? Ну ладно, и не совсем за столом, и не всегда чинно, но всегда рядом. Так что, никто не замечает, как исчезает с тарелок колбаса, потом сыр, затем всё остальное. В этом момент совершенной гармонии пустоты с вакуумом, хозяйка срывается с места и мчится на кухню. Сопровождая забег воплем: «Без меня не разговаривайте!». И через минуту стол снова полон яств. Гармония разрушена. И я вновь обуреваем страстями. Волшебство, я вам говорю, чистое волшебство, эти костемойки.

Знаю - знаю, вы подумали, будто я мелкий воришка. Во-первых, не мелкий. За время этих посиделок я обрел достаточный вес. Во-вторых, поставьте себя на мое место. Или положите? Или сверните клубком?! И смею вас уверить, вам на этом месте не очень понравится.

Моя хозяйка (в дальнейшем будем называть её мамуля) с некоторых пор решила (совершенно безосновательно), что англичанину пристало питаться исключительно овсянкой. С настолько малозаметными и незначительными вкраплениями бифштекса, что ими не накормишь и лепризорию туфельку. Или амебную инфузорию? Неважно, но только называть ЭТО, благородным и многообещающим словом бифштекс, придумала мамуля. Будто она настоящих бифштексов в глаза не видела! Фыр-р!! Вот тут и пожалеешь сто двадцать восемь раз о своем происхождении.

Одно время, будучи по натуре особью деликатной, из жалости избегая будить мамулю по утрам, я принялся завтракать самостоятельно. Ведь у нас как получается? Эта моя клуша тратит час на умывание, одевание, и еще ровно две минуты сорок четыре секунды на зарядку. Немыслимо! Или непостижимо?! Или мыслимо? Вообщем, пробовал я с ней вместе подзарядиться и честно скажу вам - это полнейший идиотизм. Взмахнет она лапой и давай кряхтеть, будто всю ночь у мышиной норы в засаде пролежала! Покряхтит, а потом так поморщится, что у меня колики от этого её вида делаются. А вот нет, чтобы встав с кровати, потянуться как следует, и… немедленно отправляться на кухню, где меня немедленно завтракать.

беня

Так вот, из жалости предоставив хозяйке возможность досыпать, я решил накрыть на стол. Что тут сказать, готовить я не люблю, поэтому от затеи с овсянкой отказался сразу и вскрыл холодильник. И увы! Как мало в нем оказалось продуктов. Скверно, подумал я, ведь случись что, нам не удастся долго продержаться. И , главное, продукты всё незнакомые. Но ведь холодильник не шкафчик в ванной! В нем все съедобное! Хотя… и в ванной можно найти достаточно интересные вещи. Однажды вот зачем-то проглотил крем для ногтей. Или для когтей? Или для… Неважно. Важно, что на нем было написано - питательный. Вот уж вранье! Верь после этого рекламе! В желудке на грамм, а пены, пены-то! И из ушей, и еще откуда не скажу. Но, простите, я отвлекся.

Итак, вскрыв холодильник, движимый благородной целью найти достойную замену опостылевшей овсянке, я принялся опробовать незнакомые продукты. Не знаю, в меня верно вселился какой-то вирус… Или антивирус? Или Кашперского? Но я буквально, сметал ВСЕ ПОДРЯД. Дегустацию прервала мамуля. До сих пор для меня загадка, как ей удалось самостоятельно проснуться. Ведь обычно приходится стаскивать её с кровати вцепившись в большой палец её левой ноги… Уф! Что и говорить, расстроилась мамуля ужасно. Верно, решила, что я без неё завтракаю. После дегустации у меня весь день болел живот, а мамуля причитала: «Бедный Бенечка, отравился!». С её слов выходило так, что будто в холодильнике чем-то можно отравиться. Что ж, учтем!

На следующий день я решил быть другим. Предусмотрительным быть, решил я! С утра пораньше я вломился в холодильник и немедленно вцепился в колбасу. И, признаюсь, несколько увлекся определяя её кондиции… Не буду утомлять вас пересказом всей истории, замечу лишь, что закончилась она печально. Веник вдребезги! Какие нервы нужно иметь, пытаясь найти общий язык с моей мамулей?! Вот, теперь, например, специально мне назло, она придумала некое приспособление, чтобы я не мог открыть дверцу холодильника. Эти женщины так наивны! Я давно сообразил, как справиться с этой её штуковиной. Но… воспитание не позволяет. Или происхождение? Или они вместе?! Уф! Еще раз простите. Что-то я разговорился. А ведь обещал, что буду краток. Но коротко о себе редко у кого получается.

 

«Короткое замечание Бонифация о его увлечениях, явленное миру Бонифацием в момент его творческого прозрения»

дегустация

Главное мое увлечение, как вы уже, наверное, догадались - это познание себя, раздумия на судьбами мира, философское осмысление действительности, всевозможные экзостенциии, и как его… Да! Чтение книг без картинок и просмотр авторских фильмов. Ну, знаете этих режиссеров, которые, как их... Феллини, Антониони! и... И... Довольно записывать. Выключили микрофон? Точно? Отлично. И вот что я скажу тебе приятель, всё эти прозрения вместе взятые, не говоря уже о взятых по отдельности режиссерах, такая чушь и ерунда по сравнению даже с одним единственным, самым крохотным, самым малюсеньким, самым нано-размерным колбасным ошкурочком!

Дегустация! Дегустация, вот моё истинное хобби! Именно так, с большой буквы! Вот она истинная страсть и влечение и… и может быть даже призвание! А что? Если есть великие писатели, то почему, скажите на милость не может быть великих дегстаторов? Предваряя потребление пищи хозяйкой я умудряюсь опробовать практически всё, что посылает нам провидение, в виде бездонной хозяйкиной сумки, на наш кухонный стол. И затем, исходя из оценки вкусовых оттенков продуктов, я позволяю или не позволяю ей употреблять пищу в пищу. Простите за эту вкусную тавтологию! А вообще, она такая зайка, моя хозяйка... Ну, да об этом я уже говорил выше!

 

«Откровения Бонифация о его трудолюбии, записанные с его слов, в момент отдохновения от трудов праведных»

komp

Два слова о моей трудолюбивости. Два. Больше не понадобится. И после двух слов, все сразу станет понятно, как много времени я уделяю этому процессу.

Итак, работать я начал рано. Можно сказать тружусь с детства не покладая лап. Мы. Мы трудимся, вместе с Юлей не покладая лап...

Вот сколько помню себя, она всегда плотоядно сжимает мышь в руке. Я не успел заметить, как она её выследила, догнала и вот, полюбуйтесь! Мышиный серенький изящный хвостик возбуждает меня. И я,бывало, обуреваемый низменными страстями (откуда это во мне?), трогаю её мяхонькую спинку ласково, нежно... Так было вначале.

Но, после того, как мне удалось проглотить колпачок от новенькой флэшки, я переменился. Более того, я преобразился. Так, будто с этим колпачком внутри себя, я обрел новое осознание своего предназначения...

Фотошоп - вот мой идеал. Корел, тоже идеал. К такому выводу я пришел наблюдая за правой рукой моего ассистента. Её рука наиболее подвижна, во время работы с этими программами, а мышь исполняет на своем гимнастическом коврике столь изысканные пируэты, что больно становится за все человечество, лишенное возможности лицезреть это восхитительное зрелище. Обессиленный, я роняю голову на клавиатуру и вслушиваюсь в безбрежные виртуальные пространства...

И в этом процессе, я воистину неподражаем!

Искренне ваш, Бенджамен.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Комментарии